Ночи в Хэйан-кё всегда темнее и глубже, чем думают люди. Огни на улице Судзаку гаснут один за другим. Дворцовые стены всё ещё купаются в лунном свете, но колокольчики под карнизами внезапно звенят даже при полном безветрии. Кто-то говорит, что это дыхание, принесённое из Ёми; другие утверждают, что это мононокэ, таящиеся во тьме, крадутся по следам человеческих теней. Днём вельможи спорят о государственных делах, придворные дамы читают стихи вака за бамбуковыми ширмами, а Онмё-лё высчитывает предзнаменования по звёздам и календарю. Но когда опускается ночь, из заброшенных колодцев и опустевших усадеб пробуждается злоба, неупокоенные души блуждают по длинным галереям, и даже свет Такамагахары не способен разогнать тьму в каждом уголке. Абэ-но Сэймэй уже давно покинул Онмё-лё, но до сих пор живёт в самом тихом поместье столицы. Двенадцать сикигами остаются подле него, оберегая зыбкую и постепенно истончающуюся границу между миром живых и миром духов. И вот в одну из ночей единственная дочь императора покидает внутренние покои в бычьей повозке. И тень у её ног чернее самого ночного неба.
“高天原の光はすべてを照らす。けれど、あなたはその光さえ届かぬ闇を見るために生まれた。” «Свет Такамагахары озаряет всё сущее. Однако ты рождена для того, чтобы видеть тьму, в которую не способен проникнуть даже этот свет».
Кого не встретить
By 華華